Навигация Основные категории сайта
Наш опрос Нам важно ваше мнение, да
Архив новостей Все новости за прошлые месяцы
Пустой блок Для всякой фигни
Сюда вставьте ваш текст или модули
Рекомендуем Глупая реклама
Можно ли рожать при гепатите в и с
Как избавится от алкоголиков

В редакцию пришло письмо:

Здравствуйте! У меня вопрос на семейную тему. Если папа в семье алкоголик, хам, курильщик, лентяй, то стоит ли женщине с ним «спасаться», особенно, если в семье растет сын? Если муж угрожает кулаком, ножом, устраивает глупые, унизительные сцены ревности, где гарантия, что ребенок не станет таким же? Разве таким страхом спасешься?

Несколько лет назад, когда я пришла в Церковь, мне посоветовали именно такое молчаливо-тягостное «спасение». Тогда я решила делать мужу только добро. Конечно, об этом решении я не сожалею, но что из этого вышло? Отвернулся от Церкви уже взрослый ребенок. Пьющий, хамящий, угрожающий жизни папа стал всячески настраивать дочь против меня, Церкви, нравственности. Теперь мне нет места в доме от них двоих.

В муже развился невероятный эгоизм. Он — «господин», а я — «тряпка». Я служила ему бескорыстно, понадеявшись, что если буду делать ему только добро, то и он ответит тем же. Должны же пробудиться стыд и совесть?! Но слышу каждый день: «Вон из моего дома, ничего твоего здесь нет, ты пользуешься всем моим (я была долгое время безработной), ты…» и множество нецензурных слов.

Так можно ли спастись, живя под постоянным страхом, терпя унижения, с невысыхающими слезами? Кто гарантирует, что ты этим крестом спасешься?

Мария.

 

Ответить мы попросили Андрея БУТЬКО, врача-психиатра в отделении пограничных состояний, члена Свято-Никольского православного молодежного братства (Минск), прихожанина Петро-Павловского собора г. Минска; а прокомментировать - двух клириков того же собора.

 

Психиатр Андрей БУТЬКО

Отношения в семье, семейный климат — это всегда дело двух людей. И если один унижает, то это невозможно без того, чтобы другой не позволял себя унижать. Вот Мария пишет: «Я решила делать мужу только добро». Она подразумевает, что добро — это терпеть. Но будет ли добром для мужа-алкоголика терпеть его выходки? И хорошо ли, что ребенок видит, как отец измывается над матерью, а мать позволяет это делать?

Конечно, если сын видит, как отец оскорбляет мать, и все это остается безнаказанным, принимается как должное, то неосознанно, не отдавая себе отчета, он впитывает этот образ поведения и впоследствии может относиться к девушкам точно так же, как отец относился к матери. Подобная ситуация в семье может воспитать в подростке чувство безнаказанности. И со временем у него может сложиться убеждение, что это норма, когда представительницы женского пола терпят, если он унижает их.

Более того, у сына или дочери таких родителей может сложиться негативное отношение к христианству. Если ребенок решит, что это христианство учит маму унижаться и смиряться, когда папа над ней измывается, и что это нормально, правильно и хорошо, то как после этого можно относиться к христианству и к Богу?!

В любом случае, в такой семье дети не в выигрышной позиции. У них нет здорового примера. Если ребенок примет сторону матери, то будет унижаться, терпеть унижения и считать, что так и положено. Если примет сторону отца, то будет считать, что имеет право оскорблять и унижать. В такой семье ребенку крайне сложно вырасти морально здоровым.

— Казалось бы, женщина в такой вредной для ребенка ситуации давно должна была сказать: хватит, довольно! И развестись. Но она остается и терпит. Почему?

— Здесь речь идет не о простом терпении. Жертва и преследователь обычно связаны. Алкоголик зависит от водки, а женщина, которая с ним живет, зависит от него, чем-то привязана к нему. Часто жена привязана к мужу-пьянице страхом перед одиночеством. Еще она может зависеть от него материально или тем, что у нее нет других близких. Тогда самое страшное для нее — мысль об одиночестве. Эта мысль настолько невыносима, что женщина терпит, терпит, терпит… В конце концов, чаша ее терпения переполняется, и она пытается уйти. Но когда отходит на некое расстояние — у нее появляется дискомфорт. А именно: страх перед трудностями, мол, одна я не смогу, не прокормлю детей. Это комплекс собственной неполноценности, когда женщина представляет себе, что без мужа-алкоголика не сможет существовать, что без этого человека она — ничто. И это ощущение, может быть, гораздо серьезней, чем унижения, которые она переживает в семье.

— А есть ли какая-то разница в том, какой возраст у женщины? Молодая, в общем-то, может еще выйти замуж…

— Можно предполагать, что у нее сформировался комплекс «я — тряпка». И в силу психологических законов имеется высокая вероятность, что если эта женщина разорвет отношения с мужем-алкоголиком, то найдет себе другого, похожего на прежнего, как две капли воды. Разведется со вторым и найдет себе третьего, точно такого же. То есть она как бы идет по улице с плакатом «я — тряпка». И нормальные люди к ней не подойдут, потому что зачем нормальному мужчине нужна «тряпка»? Подойдет психопат.

— Вы хотите сказать, что ее внешний облик и поведение выдают внутреннее состояние?

— Да, неосознанно все эти сигналы считываются. Когда человек идет по улице, то он как бы посылает в окружающий мир определенные сигналы своей мимикой, жестами, голосом, употреблением определенных слов, своими реакциями на окружающее и поведением в целом.

И получается, что жертва ищет себе мучителя. Она идет по улице и всем своим видом говорит: я — жертва, я готова терпеть, я — тряпка, я — никто, никчемный человек. И соответственно, очень высока вероятность, что отношения она завяжет именно с тем мужчиной, у которого будет другой комплекс: «я — герой», я имею право мучать, имею право оскорблять, унижать.

— Пусть личность этой женщины сформировалась под воздействием жизненных обстоятельств, часто не зависящих от ее воли. А может ли она вырваться из этого состояния? Или она уже обречена?

— Об обреченности говорят колдуны, астрологи и прочие шарлатаны. Есть предрасположенность, есть склонность, но это не рок. А первым шагом к избавлению может быть осознание того, что происходящее со мной не случайно. Об меня вытирают ноги именно потому, что я нахожусь в позиции «тряпки». «У меня было такое детство, так сложилось».

— Так что же ей делать? Поменять флаг и идти по улице с флагом «я — королева»? Но это как-то не по-христиански. Где, по-вашему, грань между смирением и комплексом неполноценности?

— Комплекс «я — король» у мужа-алкоголика, когда он в состоянии опьянения. И это другая сторона медали, которая так же плоха, как и первая. Чтобы оздоровить отношения в семье, как-то выровнять их, Марии важно сместиться к золотой середине. А для этого нужно сначала признать, что я — «тряпка», то есть осознать и принять ту жизненную позицию, в которой я нахожусь. Да, так прошло мое детство, я такая, какая есть. И из-за этого я страдаю. Можно пролить несколько ведер слез, можно искать виноватых, но вопрос в том, что с этим делать дальше?

В моем понимании смириться — это значит признать правду о себе, о той жизненной позиции, в которой находишься. Муж говорит жене: ты — тряпка. Она не согласна с этим. А реальность происходящих событий подтверждает, что муж прав. И получается: из-за того, что Мария не осознает свое реальное состояние, она не может начать изменяться.

— То есть ей нужно увидеть объективную реальность и согласиться с ней?

— Да, в психотерапевтическом понимании — это и будет смирением.

— Вы считаете, что это поможет Марии изменить ситуацию?

— Конечно, принять эту правду о себе ей надо не для того, чтобы безропотно терпеть измывательства. Такое смирение должно позволить ей определиться в системе координат. В данной точке плохо. Тогда вопрос: куда бы Вы хотели уйти из этой точки? Если в этой точке чувствуется некомфорт, то это ощущение должно дать силу, импульс для движения. Должны появиться энергия, злость, в конце концов. Нужно сопротивление. И когда о тебя снова попытаются вытереть ноги, нужна позиция: нет уж, милый, сегодня я уже — не тряпка! Для того, чтобы изменилось поведение этой женщины, должна измениться ее идентификация, ее самоосознание, самоопределение. Только хорошо бы не перескочить в другую точку — с комплексом «королевы».

— А откуда человеку брать силы для такой перемены?

— Когда изменяется внутренняя позиция, определяется вектор движения, то появляются силы и энергия. И если кто-то попытается человека снова загнать в позицию «тряпки», будут силы для активного сопротивления. А православный человек, более того, может сказать: «Господи, помоги мне стать человеком!»

— Из письма: «я служила ему бескорыстно и надеялась, что он поймет когда-то». С точки зрения психологии, реально ли, чтобы человек, у которого комплекс «я — король», одумался?

— С людьми, у которых есть психологические проблемы, подчас нужно вести себя так, как вел бы себя родитель с ребенком, который совершает предосудительные поступки. В данном случае, если муж позволяет себе грубость и хамство, то следует задать вопрос: а если подросток начал бы, например, бить сестру, оскорблять мать? Что бы следовало сделать воспитателям, родителям, как себя с ним вести? Позволить? Смириться с этим: мол, пусть унижает сестру, он рано или поздно поймет? Такая позиция будет ломать судьбу сестры и будет ломать судьбу мальчика, которому сходит с рук аморальное поведение. Чудеса случаются, конечно… Но Вы не будете ничего делать и надеяться на чудо?

Конечно, отпор давать нужно. И в то же время нужно смиряться с тем, что муж болен, что он такой израненный, грешный, разрушенный. И Мария протестует не против мужа как мужчины, которого когда-то она любила, она протестует против его поступков. Один человек возвышает свой голос против какого-то безобразия, творимого другим.

То есть нужно отделять человека от его зла. Здесь можно сказать так: я принимаю тебя таким, каков ты есть, смиряюсь с тем, что ты такой. Ты — болен, и я не в силах это одномоментно изменить. Но твой поступок, ну, ни в какие ворота не лезет! И позволять тебе дальше поступать так — не полезно ни мне для меня, ни тебе для тебя.

— Андрей Владимирович, а человек сам в состоянии совершить внутреннюю революцию? Или это возможно только с помощью кого-то еще, помощника? Например, психотерапевта или священника.

— Дом может построить любой человек. Но если у него будут консультанты и помощники, процесс пойдет быстрее. Точно так же психотерапевт является своего рода временным спутником, помощником, консультантом по этим вопросам. Если работать, общаться с психотерапевтом — процесс пойдет гораздо быстрее.

Верующие люди обращаются к священнику. Однако и тот, и другой будут выступать только в качестве консультанта. Исправить положение может только сам человек. Он должен трудиться сам.

 

 Священник Александр ВЕРЕМЕЙЧИК, настоятель прихода в честь Собора Белорусских Святых (Минск).

Ожесточаться нельзя. Наверное, самое страшное, когда человек начинает все вокруг себя ненавидеть, видеть все в черном цвете. И здесь возникает вопрос: стоит ли так дальше жить? Если жизнь женщины складывается невыносимо, она вправе попытаться устроить ее иначе. И в данном случае очень важный фактор — дети. Если, в самом деле, дети начинают гибнуть, надо бежать от алкоголика, избавляться от него. Освобождение через развод от такого мужа не является грехом (об этом, кстати, сказано и в «Основах социальной концепции РПЦ»). Грехом могут явиться последствия этого освобождения. И я убежден, что любой худой брак лучше, чем развод в деле спасения человека. Я понимаю, конечно, что жизнь с негодяем, подонком может ожесточить сердце. Но часто именно борьба с этим негативным человеком приводит ко спасению души человека. Почему? Человек начинает искать себя в Церкви, стремиться к Господу.

Поэтому надо и другой вопрос себе задать: смогу ли я вне брака прожить так благочестиво, чтобы спастись? Что даст мне эта свобода, не стану ли я искать нового брака, ведь он, вполне возможно, может оказаться таким же или намного хуже? Ведь Создателем вложено в женщину стремление держаться за мужчину. И даже утопая, она хватается за него, как за соломинку…

Ответив на эти вопросы, уже можно на что-либо решаться.

Порой болезнь для человека бывает спасительной. Порой неудавшийся брак бывает спасительным. И бывает так, что алкоголики приходят к Богу и до конца жизни ублажают своих терпеливых жен.

Я знаю такой пример. В поселке, где я живу, есть просто сумасшедший пьяница, каждая пьянка кончается какими-то разборками, битьем стекол. И вот что он говорит о своей жене: моя Люда — верующая, и она меня никогда не бросит, потому что ходит в церковь. Даже такой опустившийся человек понимает, что его жена находится на высокой духовной позиции. И вполне возможно, такое осознание приведет его к Богу.

Мария пишет, что долгое время терпит унижения от мужа. Возможно, именно этим поведением она его и погубила, не остановив его, когда он впервые поднял руку или оскорбил. Вообще, хорошо было бы послушать, как они общаются с мужем. Ведь с мужчинами часто бывает, что не понятые в семье, они пытаются утешиться в рыбалке, в гараже, в каких-то других увлечениях, часто — в алкоголизме.

 

Протоиерей Андрей ЛЕМЕШОНОК, духовник Свято-Елисаветинского женского монастыря и сестричества.

Эта женщина пишет, что священники ее не услышали. К сожалению, это бывает. Есть грех священника, есть грех человека, который трудится в храме, его усталость, например. Но мы приходим-то не к священнику, а Бога искать! Когда слепому говорили: «Замолчи!», он все равно кричал, и Бог его услышал. И мы видим, что вопреки всему Бог действует. Просто Мария сейчас Бога не видит. У нее есть обида, непонимание, отчаяние… И в таком состоянии человек может или вообще потерять веру, сказав, что Церковь ему не помогла, или пойти в секту, где его услышат, или еще что-нибудь.

В данном случае, что можно посоветовать этой женщине? Прежде всего - разобраться в себе: каково ее отношение к Церкви, какое ее, вообще, отношение к мужу. Видит ли она в этом муже что-то хорошее? Если она ничего не видит, и у нее только озлобленность, если она в отчаянии, в унынии, - она ему ничем не поможет.

Надо бы попытаться полюбить этого человека. В каждом из нас есть образ Божий. Конечно, он грехом так замурован, что трудно и щелочку найти. Но нужно искать. Это трудно, это выше человеческих сил, но если она будет просить у Бога, если будет смотреть только на Христа, а не по сторонам, то, я думаю, ее бывший супруг изменится.

Ей надо бы трезво посмотреть вперед, посмотреть на себя и решить: сможет ли она терпеть до конца, не ради того, чтобы в доме было тихо, а ради того, чтобы помочь спастись душе человека, находящегося рядом. То есть нужно чувствовать свою ответственность за этого человека. В общем, нужно оценить свои силы, а то можно и надорваться, отчаяться, все потерять. Брак — это подвиг. Мы можем смотреть, как венчается человек, и умиляться. А я смотрю и думаю: мужественные люди, мученики, которые не боятся бросить вызов и греху в себе, и этому миру. Потому что жить для другого, жить для того, чтобы было единство, отказаться от своего «я» — это значит взять свой крест и следовать за Христом.

Интересно было бы, чтобы муж тоже написал письмо в редакцию. Потому что очень часто люди видят всю ситуацию по-своему. Порой такие вещи говорят… И думаешь: тиран! Приходит муж, послушаешь его: а у него тоже своя правда. И не меньшая, чем правда жены, которая считает себя церковной.

Люди не видят своей вины. А видение своего греха, наверное, очень многое меняет. В Церкви за Богом можно идти только через покаяние. И пока человек не видит своей вины, не видит своей части в грехе ближнего своего, то очень трудно что-то изменять к лучшему.

Во-первых, никто эту женщину не заставлял выбирать такого жениха. Но она его выбрала, родился ребенок. Она уже виновата перед Богом и перед ребенком в том, что она просмотрела, что было допущено какое-то ослепление, увлечение. А в настоящий момент должна наступить какая-то оценка тех ошибок, что были сделаны, и оценка: что я могу сделать дальше, куда дальше идти?

Если женщина увидит, что такой образ жизни ей непосилен, что от этого страдает психика ребенка, и он начинает подражать плохому, тогда… Церковь, конечно, не может сказать: разводитесь. Но она предупреждает: смотрите, по силам ли вам этот крест? Не будет ли бOльших потерь, если жена останется вот с таким мужем?

Но есть и другие примеры, когда женщина говорит: я буду молиться и верю, что Господь исцелит этого человека.

Я уверен, что молитва и этой женщины будет услышана. Надо обязательно читать акафист иконе Божией Матери «Неупиваемая Чаша». Но бывает, что один человек читает акафист сорок дней, другой — двадцать лет, а результата нет, а враг всегда пытается внушить человеку: все — ничего не получится. … А, может, нужно читать всю жизнь, и результат будет уже в вечности.

Случаются и чудеса. Но надо помнить, что есть воля Божия, и есть воля человеческая. Потом, после дарования Божьей милости, человеку нужно трудиться самому. Бывали случаи, когда люди бросали пить, но не делали нужных выводов. И спустя много (5-7) лет вдруг опять запивали. Молитва — это не автоматическое прочтение слов, после которого все меняется. Молиться — это кровь проливать.

Письмо Марии оставляет впечатление, что ее жизнь — это сплошной мрак. И такого мрака кругом очень много. Но в этом мраке нужно увидеть Свет, найти его. А Он есть. И не надо обижаться на свою жизнь — это все-таки обида на Бога. Жизнь такая, каков человек. Муж такой, какая жена. И дети такие, как их воспитывали. Но надо в своей жизни найти минуты, когда чувствовалось присутствие Божие и помощь Божия.

 Подготовила Елена НАСЛЕДЫШЕВА


Поддержать сайт:

Источник: http://www.perejit.ru/main/alko?id=103

Добавил Fancom, 13.04.2015 в 13:33.
Просмотров: 336, комментариев: 29